Меню
12+

Газета «Красное знамя» Киржачского района Владимирской области

27.03.2017 14:37 Понедельник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 21 от 24.03.2017 г.

Физики Бонюшкины

Профессор Евгений Кузьмич Бонюшкин.

Необычная надпись на одном из памятников в центральной части городского кладбища гласит, что племянник Юра Бонюшкин чтит и оплакивает юного дядю Юру Бонюшкина. На краю могильного холмика из тонкого прутика вырос могучий вяз. И кажется, в любую погоду — и в дождь, и в ведро — он безутешно плачет своей обильной листвой. Широкая, многолистная ширь вяза как бы символизирует нереализованную мощь души того, кто здесь покоится. За всем этим стоит трагическая и горькая история одного семейства наших земляков. Родители похороненного здесь Юрия — киржачские интеллигенты: отец работал агрономом, мать — учительницей. Они всю душу вкладывали в детей, стараясь им дать широкий кругозор, привить и укоренить неустанное трудолюбие и высокое чувство чести. Старший сын, Евгений, окончив в 1949 году городскую среднюю школу № 2 с серебряной медалью, подал документы сразу в два вуза, поскольку грезил физикой и архитектурой. И в оба вуза получил право поступить. Но без колебаний выбрал физический факультет МГУ имени Ломоносова. Тут уместно напомнить, что в конце 40-х годов весь мир будоражили открытия и практические изобретения физиков. С ужасом переживая всполохи «холодной войны», советские люди ждали от наших физиков надежной защиты. Евгений был очень доволен, что его зачислили на отделение ядерной физики, учился старательно, весело и вдохновенно. Когда он приезжал в Киржач, в доме был праздник. Жили Бонюшкины, занимая полдома на центральной улице города, напротив особняка, в котором теперь размещен музей. Дом, в котором жили Бонюшкины, не сохранился, на его месте теперь стоит особняк с кафе. Брат Евгения Юрий был почти на 4 года моложе, он просто боготворил своего наставника и старшего друга. Когда приезжал Евгений, Юрий приглашал нас, своих одноклассников, и мы, как завороженные, слушали высокого, спортивно сложенного студента престижного вуза столицы. Беседы охватывали самые разные темы: от проблем науки, искусства до духовного и физического развития каждого из нас. Евгений непременно привозил долгоиграющие пластинки с записью арий из классических опер, отрывков из симфоний Бетховена, Моцарта, Глинки, Чайковского. «Вот это, — говорил наш кумир, — настоящая музыка, а не то пустое и легковесное бренчание, которое вы слушаете на танцплощадке». Памятно, как он поучал нас правильно, рационально готовиться к экзаменам. В наше время мы сдавали экзамены в каждом классе, начиная с четвертого, в институтах — по завершении полугодового семестра. Так что его наставления были для нас весьма актуальны. Суть метода, который он нам рекомендовал, заключалась в жестком планировании хода подготовки, в регулировании времени зубрежки с передышками на лоне природы. С первого же дня надо вести подготовку с 6 утра до полуночи, но непременно с перерывами каждый час на 10-15 минут для того, чтобы прогуляться по тенистой аллее или покувыркаться на турнике и брусьях, в обеденный перерыв — это около часа — можно сбегать на речку искупаться. В канун экзамена кончать зубрежку в обед. И — успел, не успел все проштудировать — все учебники, конспекты и шпаргалки — под кровать, и айда на речку. Полезно всласть понырять, можно покататься на лодке или плоту, поноситься лесными тропинками на велосипеде. К учебникам и конспектам в любом случае больше не притрагиваться! На экзамен непременно идти в числе первых, чтобы не подвергать себя нервотрепке пред дверями к экзаменаторам. Голова, кажется, совершенно пустая, ничего не помнишь и не знаешь, а на деле она свежа, мозги реагируют на вопросы мгновенно, сохраняется возможность вспомнить все, что когда-либо по этому предмету слышал или читал, в крайнем случае — попытаться схитрить, как бы нечаянно переключившись на тему, которую хорошо знаешь. Страшновато, но мы с друзьями отчаянно ныряли в этот метод, который мы назвали «методом Евгения Бонюшкина». И, как правило, удачно! По крайней мере мне очень этот метод понравился, когда сдавал конкурсные экзамены при поступлении в университет и все годы студенческой поры. Этот метод я усердно рекомендовал сыну, когда он готовился к конкурсным экзаменам, но он не сразу его воспринял. А когда воспринял — удачно получилось. Теперь рекомендую внучке — студентке, но она с сомнением усмехается. За прошедшее время многое, конечно, изменилось, но, полагаю, какую бы форму ни принимала экзаменационная проверка, жесткая планомерность в подготовке к любой из них была, есть и будет полезной, весьма практичной.

Как бы то ни было, Евгений укрепил в нас желание бороться за поступление в желаемый престижный вуз столицы. Из 11 выпускников нашей мужской тогда школы трое успешно поступили в МГУ, семеро — в другие вузы, где конкурс зашкаливал. Юрий боготворил своего старшего брата и, кажется, во всем хотел ему следовать, идти в учебе и в жизни след в след. Как и старший брат, он закончил школу с серебряной медалью. Испытывая себя, как и брат, попробовал свои силы в два вуза и в оба получил право поступить. На физическом факультете МГУ, следуя по стопам брата, изъявил желание учиться на отделении ядерной физики. Когда мы, бывшие одноклассники, по выходным собирались, чтобы пообщаться, он непременно захватывал с собой тетрадку. Иногда отключался от веселой болтовни и что-то записывал. Я видел его тетради по математике, в которых он некоторые сжатые формулы постепенно развертывал на несколько страниц. Это явно говорило, что и на отдыхе он не оставлял в покое поиска при решении сложных математических решений. Преподаватели отмечали у него явные способности исследователя, высоко ценили его целеустремленность. После окончания первого курса ему был выписан ордер на заселение в отдельную комнату университетской высотки. Однако случилось непредвиденное: на последней неделе летних каникул он трагически погиб. Его смерть потрясла весь Киржач, мы, его друзья, были в шоке. Трагедия сломила родителей, Евгений Кузьмич забрал их к себе в закрытый городок физиков. Своего сына, родившегося после смерти младшего брата, он назвал Юрием, вложил в него душу, и тот пошел по стопам отца. Юрий, окончив физический факультет МГУ, как и отец, защитил сначала кандидатскую, затем докторскую диссертацию.

В 2012 году юные краеведы городской средней школы № 2, готовясь к юбилею школы, по Интернету разыскали Юрия Евгеньевича, завязали с ним переписку. Юрий Евгеньевич с одобрением отнесся к идее юных краеведов собрать сведения и рассказать своим друзьям о воспитанниках школы, которые удачно приложили старание и силы во славу своей страны. Об отце он сообщил, что Евгений Кузьмич всю свою жизнь работал без устали, все силы отдал исследовательской работе. Став доктором физико-математических наук, он вошел в группу ученых под руководством академика, трижды Героя Социалистического Труда А. Д. Сахарова и с полной отдачей сил трудился над созданием термоядерного щита нашей Родины. За достижения в этой области был назван в группе ученых лауреатом Сталинской и Ленинской премий. Когда зашла речь о том, чем конкретно занимался Евгений Кузьмич, Юрий Евгеньевич, сославшись на секретный характер его работы, ограничился цитатой из книги А. П. Волкова «Записки экспериментатора об участии в советском атомном проекте»: «Это было на северном полигоне на Новой Земле. Проводилось очередное испытание ядерного заряда, для которого очень важно было измерить при взрыве общий выход нейтронного потока. Для участия в этих измерениях пригласили большого специалиста подобных измерений Евгения Кузьмича Бонюшкина. Методика хорошо была им разработана и достаточно широко использовалась в испытаниях». Во всем мире эти испытания после громкого заявления с размахиванием кулаками в адрес империалистов Никиты Сергеевича Хрущева получили название как «показ Кузькиной матери». В последние годы Евгений Кузьмич наряду с исследовательской работой занимался и педагогической деятельностью, получил звание профессора.

О себе Юрий Евгеньевич много распространяться не стал: в начале 2000-х годов, после защиты докторской диссертации, которая подталкивала к продолжению научного поиска, из-за смены режима оказался предоставленным самому себе. Чтобы не растратить попусту задел, вынужден был уехать в США и там поработать в одном из исследовательских учреждений. Как только несколько потеплело в нашей стране отношение к науке, вернулся в Москву и начал работать в одном из научно-исследовательских институтов. «Работа перспективная, увлекательная. Это все, что пока могу сказать».

С. КРОТОВ,                                                    

Внештатный корр.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

86