Меню
12+

Газета «Красное знамя» Киржачского района Владимирской области

14.12.2021 11:15 Вторник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 92 от 14.12.2021 г.

Галина НАУМКИНА: «Для меня пьеса – живой организм»

Автор: Т. Старун.

Г. М. Наумкина.

Совсем недавно коллектив народного театра КРДК отмечал полувековой юбилей. В связи с этой датой я встретилась с режиссёром Галиной Михайловной Наумкиной, которая рассказала о роли театра в своей жизни и о своей роли – в его.

Спектакль "Батька".

– Галина Михайловна, звание «Народный» театральному коллективу присвоили 50 лет назад – а когда он появился?

– В начале тридцатых годов – то есть через десять с небольшим лет – мы отметим вековой юбилей. Тогда это был просто драматический кружок для взрослых.

– Сколько лет назад сюда пришли вы?

– Я пришла как актриса в середине шестидесятых – была ещё школьницей, училась в старших классах. Руководил коллективом Владимир Михайлович Ветлов – замечательный режиссёр, очень хороший педагог. Потом случился перерыв – замужество, ребёнок…

– А образование вы получили профильное или какое-то не имеющее отношения к театру?

– Сначала я окончила Владимирское училище культуры, – а затем были самые счастливые годы в моей жизни – учёба на режиссёрском факультете Щукинского училища. Я училась заочно, работала в Доме пионеров, а дипломный спектакль ставила с коллективом народного театра ДК. Через несколько лет меня позвали работать преподавателем режиссуры во Владимир, в мою альма-матер – училище культуры. Я уехала из Киржача на год; потом пришлось вернуться, поскольку не получилось обменять квартиру. Место в Доме пионеров было уже занято, и я три года отработала в районной библиотеке, в читальном зале, а параллельно играла в народном театре ДК. Руководил коллективом Лев Алексеевич Дергачёв. Я играла в первом его спектакле «Четвёртый» по пьесе Константина Симонова, за который нам и присвоили звание «Народный», и почти во всех последующих. В 1984 году Л. А. Дергачёв ушёл из жизни, руководителем стала я – и вот уже 37 лет остаюсь на этой должности.

– А почему не сложилось с профессиональным театром?

– Просто не судьба. Так сложились обстоятельства. Но я занимаюсь любимым делом – а это счастье. У нас замечательный коллектив, доброжелательные отношения друг с другом.

– Если уж об этом зашла речь, расскажите о вашем коллективе.

– Для меня главный человек в театре – это актёр. Какой бы ни был глубокий и серьёзный режиссёр, замысел его воплощают актёры. В народном театре столько талантливых людей! Ни у кого из них нет актёрского образования, но при этом среди них встречаются актёры такого дарования, что если бы им довелось играть на профессиональной сцене, стали бы украшением любой труппы. В театре важны все, кто работает над созданием спектакля: художник, звукооператор, осветитель, костюмер, реквизитор… А ответственный за всё – режиссёр. Представим на минуту, что коллектив возглавляет глупый, недалёкий, не разбирающийся в профессии человек. Что это будет за театр? Какие добрые чувства он сможет пробудить в зрителях?

Творческая жизнь, как и любая другая, не может быть без проблем. И у нас в коллективе не всегда всё гладко. Люди все работающие, графики очень часто не совпадают. Бывает такое, что на генеральной репетиции присутствуют не все. Работа, дети, здоровье – мало ли причин… Иногда кажется, что спектакль никогда не будет сделан. А потом вопреки всему – премьера.

– А в чем, по-вашему, специфика самодеятельного театра, чем он отличается от профессионального?

– Для участников самодеятельного коллектива театр – это хобби. В самодеятельность приходят только из желания играть. За это деньги не платят. Ну, кого заставишь вечером, после работы, уставшего, голодного, идти куда-то, да ещё репетировать? А ведь здесь тоже надо трудиться – думать, силы тратить, учить текст… Придут только те, кто без театра жить не может.

– К слову о профессиональных театрах. Я знаю, что в них зачастую слово режиссёра – закон, артисты должны полностью ему подчиняться. А вы оставляете актёрам пространство для собственного творчества – или всё должно подчиняться некой глобальной режиссёрской идее?

– В театральных коллективах отношения между режиссёром и актёрами доверительные. Режиссёр придумывает, как поставить спектакль и как помочь актёру сыграть его роль. Я не знаю режиссёров, которые ставили бы перед собой задачу выставить актёра в неприглядном свете. Конечно, бывают споры, но это же хорошо. Мне нравится, когда актёры что-то придумывают.

– Расскажите, пожалуйста, а как проходит работа по первоначальной подготовке пьесы к постановке?

– Пьеса – это текст, диалоги с ремарками. Это не роман. И первоначальная работа – это анализ пьесы. Режиссёру нужно разобраться в этой истории, ответить на множество вопросов, придумать, как это воплотить на сцене. Представим себе такую ситуацию: есть пьеса А. П. Чехова «Вишнёвый сад». Приглашаем режиссёров. Например, пять человек. Даём время. В результате мы увидим пять разных спектаклей по одной и той же пьесе, потому что у каждого режиссёра будет своё решение.

– Но что если у актёра возникает своё понимание роли?

– Очень хорошо. Артист должен творить, думать.

– А по каким критериям вы подбираете пьесы?

– Я ищу пьесу конкретно для своих актёров. Это должна быть весёлая, трогательная или драматическая история, написанная хорошим языком.

– Но, допустим, вам в руки попали два равновеликих по пригодности для постановки именно у вас произведения. Какое вы выберете?

– Вы знаете, ведь пьеса – словно живой организм. Читая её, я общаюсь с автором, это мой собеседник. Мне интересно его мнение, отношение к жизни, к какой-то проблеме. Бывает такое – первый раз видишь человека, а сердце сразу распахивается ему навстречу. И пьесы есть такие.

А бывает по-другому: читаешь пьесу, отмечаешь для себя, что это очень хорошая драматургия, но что-то в ней тебя не устраивает. Откладываешь её на какое-то время и ловишь себя на мысли, что всё время о ней думаешь. Так было с пьесой А. Позднякова «Батька». Она волновала меня несколько лет.

– И как часто у вас в театре новые постановки?

– По положению о народных театрах мы должны выпускать один многоактный спектакль в год. Были годы, когда мы ставили по два спектакля. Кроме того, проводим поэтические вечера, праздники и игровые программы для детей, участвуем в фестивалях и конкурсах, в мероприятиях ДК.

– Бывало ли так, что вы возвращали на сцену какие-то старые пьесы?

– Да, случалось. В 1975 году к юбилею Победы Л. А. Дергачёв ставил спектакль по пьесе К. Симонова «Так и будет». Я играла в этом спектакле. Пьеса замечательная. Ещё раз мы сыграли её спустя 40 лет, в 2015 году. Конечно, это были абсолютно разные спектакли.

– Вернёмся к вашему коллективу. Много ли приходит желающих попробовать себя на сцене? Многие ли остаются?

– Появляются. Хотя, что их много, я бы не сказала. Просто сейчас время такое, напряжённое – у людей много забот, им не до театра. Но те, кто приходит, – они остаются.

– Люди ведь все разные – что делаете, если возникают конфликты?

– Стараемся договориться.

– А если два актёра одновременно на одну роль претендуют?

– Сыграют по очереди – вот и всё.

– Как работаете над ростом актёрского мастерства коллектива?

– Каждый спектакль, новая роль – это всегда экзамен, это почти всегда ступенька вверх и возможность разобраться, что же это такое – творчество актёра.

– Каков возраст самых юных и самых старших участников?

– У меня нет детского коллектива. Есть дети актёров – небольшая группа очень способных ребят. Я работаю с ними с удовольствием.

– Ну, а что о самых возрастных?

– У нас была замечательная актриса Евгения Ивановна Захарова. Удивительная женщина! Ни о ком никогда не сказала дурного слова. Маленькая, худенькая, а когда выходила на сцену, от неё шла такая энергия – глаз невозможно было оторвать. Настоящий бриллиант. Искренняя, органичная. Так вот, ей было девяносто лет, когда она в последний раз вышла на сцену.

– Сами вы сейчас на сцену выходите?

– За 37 лет работы режиссёром я сыграла в трёх спектаклях. Это очень трудно совмещать. Режиссёр должен видеть спектакль со стороны, чтобы не упустить самого главного. Но иногда приходится играть в силу разных причин. Меня актёрская работа завораживает.

– 37 лет режиссёром – это целая жизнь. Вы работали здесь в очень разные времена. Когда было проще, когда труднее?

– Да всегда было по-разному. Даже в пресловутые девяностые и зрители ходили, и постановки делались. Отдушина-то должна быть какая-то. Три года подряд мы вообще играли не на сцене, а в комнате народного театра, в которой помещалось двадцать зрителей. Всё выносили, ставили скамейки и играли. Нам тогда перестали выделять финансирование на оформление сцены, пришлось выкручиваться. И это был бесценный опыт для актёров – когда зрители совсем рядом, ты видишь их глаза, ты дышишь с ними в унисон. Твоё состояние резко отличается от того, как ты себя чувствуешь, когда играешь на большой сцене.

– Какие планы на следующий год?

– Мы начинаем работать над спектаклем по пьесе сербского драматурга Бранислава Нушича «Д-р». Пьеса написана в 1936 году. По жанру это комедия.

– Ну, и традиционный вопрос напоследок. Какие мечты и желания связаны с вашей работой в театре? Какие ставите перед собой цели?

- Сейчас у меня и в голове, и в сердце пьеса Нушича. Впереди радостная мука репетиций, общение с моими любимыми актёрами, терзания и сомнения. И если всё будет нормально – премьера. Очень хочется сделать этот спектакль. А как всё будет – поживём, увидим.

Спектакль "Загадочный мужчина".

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

7